ДОКУМЕНТАЛЬНЫЙ ФИЛЬМ О СЕМЬЕ ДЕМЕРЧЯН
по ссылке
В Адлерском районном суде Сочи начался громкий процесс по делу Мардироса Демерчяна. Судебные разбирательства длятся с перерывами уже три года. Демерчян был задержан в Сочи 12 июня 2013 года по подозрению в краже стройматериалов с олимпийского объекта. На следующий день он из полиции попал в больницу. По словам Мардироса, он подвергся избиениям и пыткам. Демерчян пожаловался на пытки в Следственный комитет, против полицейских дело не завели, но возбудили в отношении Демерчяна, обвинив в ложном доносе на сотрудников полиции. 17 декабря 2014 года суд признал его виновным.
Это решение суда было обжаловано, и 2 апреля 2015 года приговор был отменен Краснодарским краевым судом, дело было возвращено в прокуратуру. После "нового" расследования дело опять в суде — сейчас Мардироса обвиняют в ложном доносе на полицейских и краже кабеля со стройки.

два километра кабеля

Из полиции Демерчан попал сразу в скорую, которую вызвал водитель патрульной машины, опасаясь, что тот умрет. На фото Мардирос и Марта Демерчян, 2014 год перед приговором.
Все началось в 2013 году. На тот момент 38-летний Мардирос Демерчян, отец четверых детей, работал электриком на строительстве одного из олимпийских объектов в Адлере. Зарплату ему не платили, он решил уволиться. Все попытки получить заработанные деньги ничем не заканчивались, пока однажды начальник стройки сам не позвонил Мардиросу и не пригласил на беседу.

Демерчан денег не получил. Вместо этого он с товарищем Сергеем Крбашяном был задержан сотрудниками полиции. Его отвезли на склад, потом в отдел полиции. Никаких протоколов не составлялось. Демерчяна изощренно пытали, требуя признаться в краже двух километров кабеля. Из полиции его увезли на скорой. Врачи зафиксировали у пострадавшего: сотрясение мозга, ушибы мягких тканей головы, ушиб грудной клетки, посттравматическую трещину прямой кишки, гематомы печени, выбитые передние зубы.

ИЗ МАТЕРИАЛОВ ДЕЛА СЛЕДУЕТ, ЧТО
Длина похищенного кабеля составляла 2 километра 300 метров (вес более 500 кг);

Кабель выносили в течение 4 дней;

Похитители якобы наматывали кабель на себя под одежду, дело было летом, в жару;

— Сначала появилась «явка с повинной» Демерчяна, а потом фирма-работодатель обратилась в полицию с заявлением о похищении кабеля.

По итогам УЗИ у Мардироса выявили гематомы печени и острый посттравматический панкреатит, а также заживающую трещину прямой кишки.

Позже стало известно, что представитель строительной фирмы Самвел Пашьян обратился в полицию, обвинив бывших сотрудников в краже более 2 км электрокабеля.
Позвонил Самвел, приезжайте, говорит, срочно на объект по поводу зарплаты. Ну, мы пришли. Там посторонние люди, пять-шесть человек. И один из них говорит: Провода воровали? Мы говорим: Какие провода? Одевайте, говорит, на них наручники, что с ними разговаривать. <...> Надели перчатки боксерские, встали вдвоем передо мной, и я подумал, что, сколько смогу, буду терпеть, но чужую вину на себя брать не буду. И начали бить, два зуба выбили, два зуба сломали, я упал со стула, стал терять сознание. Они мне дали воды, один другому говорит – пусть придет в себя, и опять начинается – ну что, будешь признаваться? Я им – я ничего не сделал. Опять вдвоем начали бить, я начал терять сознание, дали воды. И один говорит: Принесите лом. Я их спрашиваю: Зачем вам лом, что, ломом будете бить?

— Мардирос Демерчян, 2016 год


23 июня 2013 года, «будучи предупрежденным об уголовной ответственности за ложный донос», Мардирос Демерчян сообщил следователю Следственного комитета о пытках в отделе полиции Блиново.
Следственный комитет посчитал жалобу Мардироса на пытки необоснованной.
После обращения уголовное дело завели на самого пострадавшего за «ложный донос на полицейских»
А в СИЗО вы сидели? – Я не в состоянии был там сидеть. Меня в коридоре держали. На пластмассовой бутылке с горячей водой. Когда отвезли в больницу, сказал врачу, что издевались, лом вставили... А он сказал: «Ты откуда знаешь?». Меня поразил его вопрос. Как не знать, это ведь со мной происходило. А в суде потом этот врач сказал: «Я его осматривал, с ним ничего не было».

— Мардирос Демерчян, 2016
Мардирос Демерчян находился в распоряжении полицейских непрерывно в течение 20 часов. Все это время он был под их полным контролем. Это значит, что власти несут полную ответственность за его физическую неприкосновенность. Если следствие доказывает, что Демерчян оболгал полицейских, то оно должно было доказать, что травмы Демерчян получил не в полиции. Но следствие в рамках расследования не доказывает, что травмы Демерчян получил не в полиции, и никто из полицейских даже не утверждает, что Демерчян попал в полицию с уже выбитыми зубами и трещиной кишки.
В ходе суда выявились данные о подтасовке фактов. Двое врачей заявили, что не подписывали протоколы опроса, проводившегося следователем
Расследование по жалобе Демерчана на пытки в полиции было прекращено, следователь отказал в возбуждении уголовного дела «в связи с отсутствием в деяниях сотрудников полиции состава преступлений». В ходе судебного процесса выявились данные о подтасовке фактов следствием. Например, двое врачей заявили, что не подписывали протоколы опроса, проводившегося следователем.

Также выяснилось, что следователь не гнушался давать поручения во время расследования уголовного дела в отношении Демерчяна тем же полицейским, которые возможно его и пытали. Да и само обвинение строилось на показаниях полицейских, которые безусловно являлись заинтересованными лицами.
Судья практически все свои решения выносил немотивированно. В приговоре написаны общие слова: суд считает, что Демерчян ввел в заблуждение Следственный комитет. Наверное, есть некая обида следователей на то, что Демерчян заставил их усиленно работать. Когда в 2013 году стало известно о пытках, это подняло очень серьезную волну. Региону уделялось особое внимание из-за Сочинской Олимпиады, и Следственный комитет действительно очень серьезно занялся этим делом. В уголовном деле есть документы, подписанные лично заместителями Бастрыкина, то есть генерал-полковниками юстиции, которые лично курировали это дело. <...> Мардирос в очень тяжелом состоянии: не только эмоциональном, но и физическом. Я не специалист, но мне кажется, что у него очень серьезная психологическая травма. Он боится выходить из дома. Во время оглашения приговора он не мог стоять – у него были очень сильные боли – и судья разрешил ему сидеть. Он настаивает на том, что не вводил никого в заблуждение. Но ему тяжело бороться с судом, со следователями, которые все заодно.
Александр Попков, адвокат

семья

«Суд закончится, и уже потом можно будет что-то придумывать. Но мне кажется, не стоит здесь оставаться»
«Десятого мая моей Александре было 4 года, 16 мая – старшей дочке 20 лет, 22 мая – сыну старшему 19 лет, 23 мая – ему исполнился 41. – рассказывает жена Мардироса Людмила, указывая на мужа. – Все майские. И у всех вторая положительная группа крови. У меня и у Арутика – вторая отрицательная. Я 4 декабря, он 5 декабря».

У Мардироса большая семья – жена, четверо детей, – двое старших от первого брака Людмилы и двое общих. 72-летняя мать Марта Демерчян живет с дочерью, старшей сестрой Мардироса в соседнем селе. Все они выходцы из Абхазии, перебравшиеся в Адлер в 80-х годах.
Портрет отца Мардироса Арута Демерчяна в фамильном доме
Портрет матери Мардироса Марты Демерчян
Портрет Мардироса и старшей сестры
Дом матери Марты Демерчян в селе Черешня. После обещанного заработка на стройке Мардирос собирался полностью его отремонтировать.
Четырехлетняя Александра Демерчян
Пятилетний Арут Демерчян с двухлетним племянником Володей
Мардирос с дочерью Александрой









Сейчас доход семьи – 1169 рублей в квартал - пособия на детей. Когда семья считалась многодетной, выходило 3200 рублей в квартал.
100 тысяч рублей - долг в соседнем магазине, где семье Мардироса пока еще дают продукты.

На фото: Мардирос сыном Арутом









Шестилетний Арут больше других привязан к отцу. Людмила, жена Мардироса, рассказывает, что после случившегося двухлетний на тот момент сын стал заикаться. «Если бы не тот случай, он бы сейчас и на русском, и на армянском бегло говорил», — добавляет отец.
Мы не знали, что делать, за что хвататься. Он (М. Демерчян – прим. ред.) два раза в больнице лежал. Первый раз, когда попал, я с ним сидела, никуда не отходила. Потом вторично в Хосте я тоже с ним была. Потому что, когда его избили, они же ему сказали: если кто-то узнает, мы тебя убьем. Он не должен был про все это говорить. И сейчас я все равно боюсь его из дома выпускать. Пусть пока дома, с детьми. Боимся, что подкинут что-то, как-то подставят, еще дело откроют, чтобы уж точно посадить. <…> Я от наших милиционеров всего ожидаю. Он в одно время вообще замкнулся. Только когда я начинаю, давай, надо вот это сделать, мы делаем что-то. Психолог к нам приезжала, она сказала, что у Мардироса есть нарушения после всего этого.

— Людмила Демерчян, 2016
Марта Демерчян с правнуком Володей
Дети мне говорят: мы тебе умереть не дадим (смеется), еще праправнуков застанешь. А вот с сыном, как так получилось… Это его халатность, или моя халатность. Как он туда попал на работу… <…> Когда случилось, я чуть с ума не сошла. Ну как такое может быть .как можно человека так губить. Уже больше десяти лет нет моего мужа, отца Мардироса. Перед смертью он сказал, что, когда я умру, вы одни пропадете. Но никто не пропал и не пропадет! Жизнь продолжается. Каждый найдет свой кусок хлеба.

— Марта Демерчян, 2016 год
Живет семья бедно. «Долгов набрали в соседнем продуктовом на 100 тысяч, — рассказывает Людмила, — За шесть месяцев. И памперсы оттуда, и сахар оттуда, и макароны, и масло. Все в долг давали. Чуть-чуть подработаю, какую-то часть долга отдам. Что-то дочке старшей, она в колледж в Адлер ездит». Но пока денег на учебу и поездки нет. Мардирос работать не может. Не может он и выходить на улицу — боится. Самая большая мечта семьи — как только Мардироса оправдают, во что они все верят, — уехать жить в Краснодарский край, которым они Адлер не считают . На новом месте надеются выращивать и продавать овощи.

«Суд закончится, и уже потом можно будет что-то придумывать. Но мне кажется, не стоит здесь оставаться», — говорит Людмила.
Желание семьи Демерчян разделяют многие жители села Веселое, например, продавщица продуктового магазина напротив дома семьи Демерчян. По словам женщины, она готова «хоть сейчас собрать вещи, продать имущество и уехать». В то время как в 15 минут езды от поселка расположился курортный район премиум класса «Имеретинский», номера в отелях которого, по рассказам таксистов, «забиты в сезон до отказа».
* Все привлеченные благотворительные средства будут направлены на улучшение материального положения семьи Мардироса Демерчяна
«То, что происходит с человеком, нельзя рассматривать только индивидуально, нельзя рассматривать в отрыве от общества. В особенности этот тезис относится к пыткам. Это некий феномен, в который вовлечены другие люди, кто-то эти пытки наносит. Это не просто землетрясение или ураган. Исследования показывают, что вот такие события, без участия людей, переживаются гораздо легче, чем те катастрофы, в которые вовлечены другие люди, то есть насилие и пытки в частности.

Человеку для существования, для жизни очень важно верить хотя бы до определенной степени, что этот мир справедлив. Без этого представления нам было бы сложно вставать утром. Вот это отсутствие уверенности в справедливости выражается в глубокой депрессии, когда человек не может встать, для него все лишено смысла».
Светлана Яблонская
Психолог-консультант Фонда «Общественный вердикт»
Человеку очень важно верить, хотя бы до определенной степени, что этот мир справедлив.
Когда происходит насилие, злонамеренные действия с участием других людей, мир человека рушится. И в этом мире жить уже сложно, сложно взрослому человеку, очень сложно жить ребенку. И поэтому, если с человеком, если с семьей происходит подобное, справедливо и правильно говорить, что восстановление пострадавших должно проходить с участием общества. Каждые момент помощи такому человеку, семье, это не просто средства на реабилитацию, это важный знак, что в этом мире можно продолжать жить, несмотря на то, что случилось. Это крайне важно, иногда даже более важно, чем деньги.
Светлана Яблонская, психолог-консультант Фонда «Общественный вердикт»

ПОМОЩЬ

В 2013 году в Фонд «Общественный вердикт» обратился житель Сочи Мардирос Демерчян. В своем заявлении Мардирос сообщил, что в полиции его обвинили в краже стройматериалов и потребовали написать явку с повинной, а когда он отказался, полицейские подвергли его пыткам. По мнению юристов Фонда, факт применения пыток был подтверждаемым, дело приняли к производству.

Но СК дело о пытках не возбудил, вместо этого было расследовано дело о ложном доносе. Адлерский районный суд Сочи признал сочинского строителя Демерчяна виновным и назначил наказание в виде 300 часов обязательных работ. Адвокат Фонда «Общественный вердикт» Александр Попков обжаловал приговор. Спустя полгода Краснодарский краевой суд постановил отправить дело Демерчяна на новое расследование.

В июне 2015 года «Общественный вердикт» подготовил и направил в Европейский суд по правам человека жалобу в интересах Мардироса Демерчяна. В жалобе приведены доказательства факта пыток в полиции и отсутствие эффективного расследования со стороны Следственного комитета.

В 2016 году СК закончил новое расследование — теперь Демерчян обвиняется не только в ложном доносе, но и в краже кабеля. Дело в отношении полицейских так и не было возбуждено, пытки не расследованы.

Сейчас основная юридическая работа в защиту интересов Демерчяна ведется в суде. Вместе с фондом работает адвокат Александр Бойченко.
Мы неоднократно заявляли ходатайства на имя следователя о проведении очных ставок между Демерчяном и полицейскими, которые его задерживали и незаконно держали на складе. Мне было отказано. Также я просил провести очные ставки с гражданами, на основе показаний которых строится все обвинение в краже кабеля. Мне также было отказано. Кроме того, абсолютно точно можно говорить о том, что было нарушено право Мардироса Демерчяна на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом. С момента того, как краевой суд вернул дело прокурору, прошло несколько лет. Я считаю, что есть все основания для вынесения судом частного постановления, в котором нужно обратить внимание генерального прокурора на волокиту следователей по делу Демерчяна.
— Александр Бойченко, адвокат, защищающий при поддержке «Общественного вердикта»
Мардироса Демерчяна
Дело Демерчяна стало первым в практике «Общественного вердикта», когда на пострадавшего от пыток не только возбудили уголовное дело, но и довели до суда.

Прогноз

Яков Ионцев, юрист фонда «Общественный вердикт», курирует работу по оказанию правовой помощи Мардиросу Демерчяну:
— По уголовному делу у меня складывается впечатление, что оно задумано как инструмент давления на Демерчяна. Есть ненулевая вероятность, что у суда сложится такое же впечатление и суд не пожелает быть инструментом решения проблем. В таком случае возможно, что суд удовлетворит ходатайство защиты и вернет уголовное дело прокурору.

Если же этого не произойдет и судебное рассмотрение дела продолжится, вероятнее всего суд закончится вынесением приговора.

Учитывая судебную практику, возможность полного оправдания видится мне крайне сомнительной.
Возможны следующие варианты: суд может оправдать Демерчяна по обоим вмененным ему преступным эпизодам; осудить по обоим эпизодам; оправдать по одному из эпизодов, осудив по второму.

Если рассматривать вариант оправдания по одному эпизоду, то мне, исходя из убедительности доказательственной базы, более вероятным видится оправдание по ст. 306 (заведомо ложный донос).

Что касается кражи, то там по крайней мере имеются какие-то доказательства, о состоятельности которых можно спорить, но во всяком случае они есть, в деле имеются показания свидетелей, изобличающие Демерчяна. Что же касается заведомо ложного доноса, то любой негативный факт доказывается сложно, а в данном конкретном случае мне это видится просто недоказуемым.
Прогноз дальше
Еще вариант может быть такой. Суд осудит по статье «ложный донос», но так как истек срок давности, то наказание назначить нельзя. При этом по «краже» суд может оправдать. В случае вступления в силу такого приговора, он будет формально обвинительный. Это будет так называемый квази-оправдательный приговор. И в такой ситуации Демерчян потеряет возможность добиваться компенсации за пережитые в полиции пытки и привлечения полицейских к ответственности.
О ФОНДЕ

Фонд «Общественный вердикт» был создан в 2004 году и уже более 10 лет работает как российская некоммерческая, неполитическая правозащитная организация. «Общественный вердикт» стал одной из первых организаций в России, профессионально оказывающей помощь гражданам, ставшим жертвами произвола со стороны сотрудников правоохранительных органов и должностных лиц. Фонд безвозмездно обеспечивает людям юридическую защиту со стороны профессиональных юристов, оказывает психологическую помощь, информационную поддержку, занимается просветительской и издательской деятельностью.
В 2016 году юристы фонда сопровождали дела в 29 регионах страны. За двенадцать лет работы к производству было принято 749 материалов. 145 сотрудников правоохранительных органов (и других должностных лиц) были осуждены и приговорены к различным срокам лишения свободы (101 — к реальным срокам, 44 — условно). В пользу граждан в счет компенсации морального вреда и возмещения материального ущерба с Министерства финансов и виновных должностных лиц было взыскано более 23 млн рублей.
Олег Новиков
Руководитель отдела по связям с общественностью Фонда «Общественный вердикт»