НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ФОНД «ОБЩЕСТВЕННЫЙ ВЕРДИКТ» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ФОНД «ОБЩЕСТВЕННЫЙ ВЕРДИКТ». 18+
Свидетель Колпатчиков
Расшифровка аудиопротокола судебного заседания Усольского районного суда, февраль 2021 года.
Судья Н. Конева (из зала суда)
Судья С. Коныгина (по ВКС*)

Мужчина (по ВКС)
Свидетель А. Колпачиков (по ВКС)

Государственный обвинитель (дама из зала суда)
Представитель потерпевшей (адвокат из зала суда)

Сторона защиты (адвокат из зала суда)
М. Рузаева (потерпевшая из зала суда)

Подсудимый Самойлов (из зала суда)
Подсудимый Корбут (из зала суда)
Подсудимый Гольченко (из зала суда)

*ВКС – видеоконференцсвязь
Здание районного суда города Усолье-Сибирское Иркутской области. Слушается уголовное дело. На скамье подсудимых трое сотрудников полиции, которых обвиняют в превышении должностных полномочий. Пять лет назад, во время расследования убийства в январе 2016 года, они силой пытались получить
показания от одной местной жительницы, 35-летней Марины Рузаевой. Требуя рассказать детали убийства соседа Василия Смолянинова, ее избили электрошокером, пристегнув наручниками к лавке в отделе полиции.

Спустя несколько недель эти же оперативники задержали якобы настоящего убийцу, местного жителя Артема Колпачикова, который написал чистосердечное признание.
Судья Н. Конева:
– Добрый день!
Мужчина по ВКС:
– Здравствуйте.
Судья Н. Конева:
– Вы нас хорошо слышите, видите?
Мужчина по ВКС:
– Да, хорошо видим, слышим.
Судья Н. Конева:
– Усольский городской суд, судья Конева Наталья Владимировна. Сегодня у нас предполагается допрос свидетеля путём ВКС. Данный свидетель явился в зал судебного заседания, это свидетель Колпачиков. Можно нам судью для того, чтобы установить личность свидетеля?
Мужчина по ВКС:
– А вот насчёт судьи маленько проблематично будет. Сейчас я попробую.
(Стук и скрежет)


Судья Н. Конева:

– Добрый день. Усольский городской суд, судья Конева Наталья Владимировна. Подскажите, пожалуйста, кто нам помогает?
Судья С. Коныгина:
– Судья Коныгина, Головинский районный суд.
Судья Н. Конева:
– Имя-отчество можно?
Судья С. Коныгина:
– Сурия Абуталиновна.
Судья Н. Конева:
– Сурия…
Судья С. Коныгина:
– Абуталиновна.
Судья Н. Конева:
– У нас предполагается допрос свидетеля Колпачикова Артёма Александровича. Данный свидетель явился, как я понимаю?
Судья С. Коныгина:
– Свидетель явился.
Судья Н. Конева:
– Свидетель, назовите, пожалуйста, свою фамилию, имя, отчество.
Свидетель А. Колпачиков:
– Колпачиков Артём Александрович, 19.03.91-й.
Судья Н. Конева:
– Где вы родились?
Мужчина по Скайпу:
– У нас звук сливается, плохо слышно.
Свидетель А. Колпачиков:
– Колпачиков Артём Александрович, 19…
Судья Н. Конева:
– Звук пропал. У нас пропал звук, мы вас не слышим.
Мужчина по ВКС:
– Мы вас хорошо слышим, извините.
Судья Н. Конева:
– Вот сейчас хорошо слышно. Ещё раз, пожалуйста, дату рождения и место рождения назовите.
Свидетель А. Колпачиков:
– Колпачиков Артём Александрович, 19.03.91-й.
Судья Н. Конева:
– Где вы родились?
Свидетель А. Колпачиков:
– Село Хайта, Карапецино, Мишелёвка, Маяковская, 20, квартира 220, Иркутская область, Усольский район.
Судья Н. Конева:
– А фактически где проживаете?
Свидетель А. Колпачиков:
– Фактически проживаю – посёлок Завари.
Судья Н. Конева:
– Вы работаете?
Свидетель А. Колпачиков:
– В данное время нет пока.
Судья Н. Конева:
– Артём Александрович, вы будете допрошены в качестве свидетеля со стороны обвинения по уголовному делу по обвинению сотрудников полиции Самойлова Дениса Сергеевича, Корбута Александра Анатольевича, Гольченко Станислава Сергеевича в совершении преступления, предусмотренного пунктами а, б части 3-й статьи 286-й Уголовного кодекса Российской Федерации. Скажите, пожалуйста, вам знакомы подсудимые Самойлов, Корбут, Гольченко?
Свидетель А. Колпачиков:
– Знакомые, и очень близко знакомые. Что можно против них сказать?
Судья Н. Конева:
– В смысле? Подождите…
Свидетель А. Колпачиков:
– Против них я ничего не могу сказать…
Судья Н. Конева:
– Артём Александрович, подождите, они вам в связи с чем знакомы?
Свидетель А. Колпачиков:
– В связи… В 2016-м году 9-го января они приезжали ко мне, сотрудники полиции Самойлов, Вячеслав и ещё один там…
Судья Н. Конева:
– В связи с тем, что вас привлекали к уголовной ответственности, я правильно поняла?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Судья Н. Конева:
– Скажите, пожалуйста, а потерпевшая Рузаева вам знакома?
Свидетель А. Колпачиков:
– Э-э-э… Да, знакома.
Судья Н. Конева:
– Какие-то родственные отношения между этими людьми у вас имеются?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет.
Судья Н. Конева:
– Какие-то основания, которые… В смысле, неприязненные отношения с этими людьми имеются? Которые могли бы послужить основанием для их оговора?
Свидетель А. Колпачиков:
– Никак не могли.
Судья Н. Конева:
– Я вас предупреждаю об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по статье 307-й Уголовного кодекса Российской Федерации, за отказ от дачи показаний по статье 308-й Уголовного кодекса Российской Федерации. Распишитесь, пожалуйста, в подписке.


Государственный обвинитель (дама):

– Артём Александрович, скажите, пожалуйста, когда и при каких обстоятельствах вы познакомились с подсудимыми Корбутом, Гольченко и Самойловым?
Свидетель А. Колпачиков:
– Я вам ещё раз объясняю: я познакомился с ними в 2016-м году 9 января около девяти – половины десятого утра. Они приехали ко мне по адресу город Усолье-Сибирское, улица Плеханова, дом 10, квартира 6.
Государственный обвинитель (дама):
– Все втроём приехали?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да, они все втроём были.
Государственный обвинитель (дама):
– С какой целью они к вам приехали?
Свидетель А. Колпачиков:
– Они приехали меня… Я совершил преступление, они меня задержали. В связи с этим и приехали ко мне.
Государственный обвинитель (дама):
– А какое вы совершили преступление?
Свидетель А. Колпачиков:
– По статье 111-й части 4-й.
Государственный обвинитель (дама):
– А кому вы причинили тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да, вот она и есть 111-я, часть 4-я.
Государственный обвинитель (дама):
– Я говорю: кому?
Свидетель А. Колпачиков:
– Кому? Ну, Смолянов Василий такой был.
Государственный обвинитель (дама):
– Смолянов или Смолянинов?
Свидетель А. Колпачиков:
– Смолянинов.
Государственный обвинитель (дама):
– А когда вы совершили данное преступление?
Свидетель А. Колпачиков:
– Точно я уже не могу вспомнить, уже сколько времени-то прошло?
Государственный обвинитель (дама):
– Вы же осуждены были, правильно я понимаю?
Свидетель А. Колпачиков:
– Правильно, я осужден был.
Государственный обвинитель (дама):
– Отбывали наказание за это убийство?
Свидетель А. Колпачиков:
– Естественно, я отбыл наказание.
Государственный обвинитель (дама):
– Ну, когда вы совершили это преступление-то?
Свидетель А. Колпачиков:
– По городу Усолье-Сибирское я совершил.
Государственный обвинитель (дама):
– Когда?!
Свидетель А. Колпачиков:
– Я точно не помню, когда, это четыре года, почти пять лет прошло.
Государственный обвинитель (дама):
– А что у вас с памятью?
Свидетель А. Колпачиков:
– С памятью у меня как бы всё нормально, я что помню, то и говорю.
Государственный обвинитель (дама):
– Так вы что, не помните, когда вы совершили убийство человека и за что вы отбывали наказание?
Свидетель А. Колпачиков:
– Я сказал, за что я наказание отбывал: по части 111-й…
Государственный обвинитель (дама):
– Я поняла. Когда вы убили человека-то?
Свидетель А. Колпачиков:
– Это… Сейчас, подожди… 29-го декабря, в 2015-м году. Да.


Государственный обвинитель (дама):

– Приехали все подсудимые по месту вашего жительства, и что дальше? Задержали вас и куда потом поместили?
Свидетель А. Колпачиков:
– Меня куда поместили?
Государственный обвинитель (дама):
– Задержали они вас?
Свидетель А. Колпачиков:
– Они меня задержали.
Государственный обвинитель (дама):
– Так.
Свидетель А. Колпачиков:
– Они меня привезли в горотдел.
Государственный обвинитель (дама):
– Усолье?
Свидетель А. Колпачиков:
– По городу Усолье-Сибирское, улица Ленина, насколько я помню, если не поменялась она.
Государственный обвинитель (дама):
– Артём Александрович, подождите, когда вас задерживали подсудимые, они на вас спецсредства БРС надевали? Наручники в простонародье?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет, нет.


Государственный обвинитель (дама):
– А вы видели у кого-либо из них наручники?
Свидетель А. Колпачиков:
– Видел у них наручники, были наручники, но они не стали их применять, потому что… Зачем? Они просто попросили вежливо: «Пройдёмте в машину, проедемте с нами». Всё. Я сел в машину и поехал с ними, нормально, по-культурному, как оно и должно быть.
Государственный обвинитель (дама):
– Так они вам пояснили, в связи с чем они проводят ваше задержание?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да, для выяснения личности.
Государственный обвинитель (дама):
– Только для выяснения личности, или о том, что вы подозреваетесь в совершении причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть Смолянинова?
Свидетель А. Колпачиков:
– Задержали для выяснения личности, а в горотделе там уже мы в процесс вошли, разговорились, и всё нормально у нас пошло: то, что вот вы задержаны по… как обвиняемый.
Государственный обвинитель (дама):
– Так.
Свидетель А. Колпачиков:
– И всё, я дал чистосердечное признание. И всё.
Государственный обвинитель (дама):
– То есть вы признались в совершении преступления, правильно?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.



Государственный обвинитель (дама):
– Скажите, пожалуйста, на вас какое-либо психологическое, физическое давление оказывалось со стороны подсудимых?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет. Нормально вежливо разговаривали.
Государственный обвинитель (дама):
– Понятно. А вы рассказывали подсудимым, как вы совершали преступление, то есть подробности?
Свидетель А. Колпачиков:
– Это в присутствии адвоката уже было у меня.
Государственный обвинитель (дама):
– А, рассказывали?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да, в присутствии адвоката я рассказывал. Без адвоката я не мог ничего им говорить, я им сразу сказал. Они мне взяли и вызвали адвоката, государственного. Государственный адвокат приехал, тогда я начал с ними уже намного более точно разговаривать.



Государственный обвинитель (дама):
– Артём Александрович, скажите, вы, отвечая на вопросы судьи, пояснили, что знаете потерпевшую Рузаеву. А с ней вы при каких обстоятельствах познакомились?
Свидетель А. Колпачиков:
– С ней познакомился, когда ко мне следователь приезжал, когда я отбывал в местах лишения свободы. Я не знал на то время, что её по части наших вот этих подсудимых, как вы говорите, что якобы они превысили свои полномочия. А как они могли превысить свои полномочия, если они нормально со мной разговаривали? Они со многими людьми где-то нормально разговаривали. Да, они могут тон повысить, но физически они никак не могут превысить свои полномочия.
Государственный обвинитель (дама):
– Это ваши предположения?
Свидетель А. Колпачиков:
– Почему моё предположение? Насколько я их знаю, они физически ко мне никогда не относились, они только нормально со мной разговаривали.
Государственный обвинитель (дама):
– Но это по отношению к вам, а по отношению к другим? Вот вы говорите непосредственно по Рузаевой: как они могли превысить свои должностные обязанности? То есть это вы предполагаете, или вам достоверно известно о том, что они никаких телесных повреждений Рузаевой не наносили?
Свидетель А. Колпачиков:
– Я вот лично предполагаю, что они никаких телесных повреждений Рузаевой не наносили.


Государственный обвинитель (дама):

– А вам-то сама потерпевшая Рузаева знакома?
Свидетель А. Колпачиков:
– Как вам объяснить, что я с ней не очень сильно знаком близко?
Государственный обвинитель (дама):
– Но вы ранее… Вы вообще когда-нибудь с Рузаевой встречались?
Свидетель А. Колпачиков:
– Ну, да, и то так мельком, по улице.
Государственный обвинитель (дама):
– Где-то общались с ней? В одной компании, может, где-то находились?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет, в одной компании мы никак не можем находиться, потому что у нас разные дороги.
Государственный обвинитель (дама):
– А встречались вы с ней где, при каких обстоятельствах?
Свидетель А. Колпачиков:
– Я не мог никак с ней встречаться.
Государственный обвинитель (дама):
– Так вы мне только что пояснили… То есть вы вообще никогда Рузаеву не видели? Я не могу вас понять.

Свидетель А. Колпачиков:
– Я видел только на улице один раз, и всё, больше я её не видел и не слышал.
Государственный обвинитель (дама):
– А где на улице видели?
Свидетель А. Колпачиков:
– По Комсомольскому проспекту.
Государственный обвинитель (дама):
– А в связи с чем вы её там видели? Запомнили, что это именно Рузаева?
Свидетель А. Колпачиков:
– Я просто шёл, она шла навстречу мне, просто попросила у меня сигарету. Постояли, покурили, поговорили с ней, всё, разошлись по разным сторонам.
Государственный обвинитель (дама):
– И что, в этот день вы с ней познакомились?
Свидетель А. Колпачиков:
– Ну, как… По вашему мнению, такие показания, как будто я с ней точно познакомился и точно где-то с ней виделся, встречался.
Государственный обвинитель (дама):
– Так я не могу понять, Артём Александрович. Вы говорите: шёл на улице, увидел Рузаеву, попросила она у меня сигарету, покурили, поговорили. Так вы с ней до этого-то были знакомы или нет?
Свидетель А. Колпачиков:
– До этого не был я с ней знаком.
Государственный обвинитель (дама):
– Не был. То есть вы с Рузаевой где-то на улице познакомились, на Комсомольском, так, что ли?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Государственный обвинитель (дама):
– Да. Чисто случайно это было?
Свидетель А. Колпачиков:
– Это чисто случайно было.
Государственный обвинитель (дама):
– Так. Она попросила у вас сигарету, вы ей дали сигарету, и о чём вы с ней разговаривали дальше стояли?
Свидетель А. Колпачиков:
– Просто как жизнь, как что, и всё, не больше того. Там прошло-то две минуты, мы сразу разбежались по разным сторонам.
Государственный обвинитель (дама):
– А когда вы познакомились с Рузаевой?
Свидетель А. Колпачиков:
– Я уж точно не помню, когда, это уж сколько времени прошло…


Государственный обвинитель (дама):
– А вы что, часто с девушками на улице… даёте им сигареты и разговариваете стоите: как у неё дела, чем она занимается и так далее?
Свидетель А. Колпачиков:
– Не так сильно часто происходит у меня. Ну, бывает у меня.
Государственный обвинитель (дама):
– А что, она вам представлялась, что она Рузаева Марина Юрьевна?
Свидетель А. Колпачиков:
– Она не представлялась, она мне просто сказала, что она Марина Юрьевна. А кто там – Рузаева или… Там хрен пойми, что, как…
Государственный обвинитель (дама):
– Вы выражайтесь, пожалуйста, культурно. Вы находитесь в обществе, и тем более, вы находитесь в здании суда. Она вам так и сказала, что её зовут Марина Юрьевна?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Государственный обвинитель (дама):
– Фамилию не называла?
Свидетель А. Колпачиков:
– Фамилию как она может назвать? Я тоже свою фамилию не называю.
Государственный обвинитель (дама):
– Но вы её видели тогда в первый раз и больше никогда не видели?
Свидетель А. Колпачиков:
– Больше не видел.
Государственный обвинитель (дама):
– И вы так её хорошо запомнили?
Свидетель А. Колпачиков:
– У меня покамест память работает, фотографическая.


Государственный обвинитель (дама):
– Артём Александрович, я правильно вас поняла, что вы один-единственный раз, на улице, видели Марину Юрьевну?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Государственный обвинитель (дама):
– А о чём у вас состоялся разговор, можете поподробней сказать?
Свидетель А. Колпачиков:
– Ну, о чём… Как сегодня день начался, как дети, как что, и всё. Я потому что с ребёнком шёл в больницу, не более того. «Славный ребёнок», – я говорю: «Ну, естественно, весь в кого». И всё, прошло две минуты, мы разбежались по разным сторонам. И больше никогда не виделись.
Государственный обвинитель (дама):
– Никогда не виделись. И вы её так очень хорошо запомнили?
Свидетель А. Колпачиков:
– Потому что она ещё ребёнку моему жвачку дала.
Государственный обвинитель (дама):
– Скажите, пожалуйста, Артём Александрович, в каком состоянии находилась Марина Юрьевна, когда вы с ней разговаривали на улице?
Свидетель А. Колпачиков:
– По моему мнению, она была слегка подпитая.
Государственный обвинитель (дама):
– То есть она была в состоянии алкогольного опьянения?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да, с лёгкой степенью.
Государственный обвинитель (дама):
– А как вы это поняли?
Свидетель А. Колпачиков:
– Ну, потому что лицо опухшее, только недавно проснулась и как будто рюмку уже проглотила и навеселе такая…


Государственный обвинитель (дама):
– Скажите, Артём Александрович, а это примерно в каком году было, в какое время года было?
Свидетель А. Колпачиков:
– Это было где-то в ноябре месяце в 15-м году.
Государственный обвинитель (дама):
– То есть это было до того, как вы совершили убийство Смолянинова?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Государственный обвинитель (дама):
– Я правильно вас поняла, что более вы никогда Марину Юрьевну не видели?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Государственный обвинитель (дама):
– В совместных компаниях нигде не находились?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет.


Государственный обвинитель (дама):
– Скажите, а вот со Смоляниновым вы были знакомы? До того момента, как причинили ему тяжкий вред здоровью, повлекший смерть?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет, тоже с ним не был ранее знаком.
Государственный обвинитель (дама):
– То есть в тот день, в день совершения преступления, вы с ним встретились впервые?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да, встретился впервые и случайно познакомился с ним.
Государственный обвинитель (дама):
– Скажите, а он, погибший Смолянинов, вам не рассказывал о том, что знает он, не знает гражданку Рузаеву?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет, ничего не говорил.
Государственный обвинитель (дама):
– На эту тему вы не общались?
Свидетель А. Колпачиков:
– На эту тему мы не общались.
Государственный обвинитель (дама):
– Скажите, пожалуйста, вот сейчас, отвечая на вопросы, вы даёте правдивые показания? У вас нет оснований оговаривать подсудимых, потерпевшую?
Свидетель А. Колпачиков:
– У меня какие основания есть их оговаривать? У меня нет никаких оснований. Я честно говорю.
Государственный обвинитель (дама):
– Понятно. А вы в настоящее время отбыли срок наказания по совершённому преступлению в отношении Смолянинова?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да, я отбыл 4 с половиной года, остальное – вышел по УДО, условно-досрочное освобождение.
Государственный обвинитель (дама):
– Сейчас у вас условно-досрочное… Понятно. У меня нет вопросов, ваша честь.


Судья Н. Конева:

– У потерпевшей, представителя потерпевшей вопросы к свидетелю?
Представитель потерпевшей (адвокат):
– Скажите, пожалуйста, а сколько раз с вами надо встретиться и в какие отношения с вами надо вступить, чтобы стать близким человеком? Вот вы отбывали наказание. Скажите мне, я так понимаю, в этой системе, в которой вы были, каждое слово имеет значение. Вы сказали, что у вас близкие отношения, они близкие знакомые ваши – подсудимые. Что значит это слово «близкие», насколько вы близки с ними?
Сторона защиты (мужчина):
– Ваша честь, я прошу снять вопрос. Потому что Артём Александрович сказал, что я их близко не знаю.
Представитель потерпевшей (адвокат):
– «Близкие знакомые», – он сказал.
Сторона защиты (мужчина):
– Не было такого.
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет, такого не было…
Представитель потерпевшей (адвокат):
– У нас диктофонная запись имеется и аудиофиксация судебного заседания производится. Он сказал «близкие знакомые».
Свидетель А. Колпачиков:
– Ваша честь, такого не было, я же не сказал, что близко знаком, я сказал, что не близко знаком. Значит, не близко.
Судья Н. Конева:
– Не близко знаком.
Представитель потерпевшей (адвокат):
– Не близко знаком?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.


Судья Н. Конева:
– Ещё вопросы есть у потерпевшей, у представителя потерпевшей?
М. Рузаева:
– Да, у меня будет один вопрос. Скажите, пожалуйста, вы говорите, что мы с вами встречались. Какое время года это было?
Свидетель А. Колпачиков:
– Это в 15-м году было, в ноябре месяце.
М. Рузаева:
– В какой одежде я была?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да я точно не помню, я сам меняю гардероб каждую неделю.
М. Рузаева:
– Вы сказали, что у вас фотографическая память. Ответьте, пожалуйста, в какой одежде я была?
Свидетель А. Колпачиков:
– Чёрная шапка, болониевые штаны, голубые такие. А вот куртку не помню.
М. Рузаева:
– Волосы какого цвета были?
Свидетель А. Колпачиков:
– Волосы были русые.
М. Рузаева:
– У меня больше нет вопросов, ваша честь.


Сторона защиты (мужчина):

– Артём Александрович, подскажите, отвечая на вопросы государственного обвинителя, вы сказали, что 9-го января 2016-го года к вам приехали трое сотрудников. Верно?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Сторона защиты (мужчина):
– Как вам кажется, они знали, что вы совершили преступление в отношении Смолянинова, или нет, когда за вами приехали?
Свидетель А. Колпачиков:
– Нет. Они мне как потом разъяснили, они проводили мероприятие розыска по совершению преступления, по убийству. Они мне разъяснили, что я доставлен для выяснения личности. И в зале, в кабинете мы потом уже разговорились с ними, что да, действительно, это я совершил преступление. Они говорят: а что, сразу не мог прийти в полицию, сдаться или ещё что-то? Я говорю: сами понимаете, что у меня дети, туда-сюда… И всё, вот на таких основаниях мы сошлись, и начал я с ними работать. И потом следователя дали, адвоката мне дали, у меня уже всё под адвокатом было.
Сторона защиты (мужчина):
– Ну, то есть, чтоб я понимал: вопрос мой слышали?
Свидетель А. Колпачиков:
– Да.
Сторона защиты (мужчина):
– Они вас просто так пригласили для установления личности вас из квартиры, или у них были какие-то подозрения, что вы совершили это преступление в отношении Смолянинова?
Свидетель А. Колпачиков:
– У них подозрение было на 10 процентов, а когда они меня пригласили в отдел полиции, когда они меня туда привезли, когда мы уже разговорились, когда я дал чистосердечное признание, они говорят: «Так вот за кем мы полмесяца почти бегаем! В новогодние праздники не спали». Ну, я говорю: «Ребята, а как вы хотели? На то и служба. Вам нести, а мне отвечать уже перед законом». Вот и всё, вот так как-то.

Подготовила Ксения Гагай
истории проекта
Жизнь после пыток
Люди и семьи, пережившие пытки, рассказали свои истории. Кто-то пережил пытки, кого-то в них обвиняют. Но все испытывают на себе «эффективность» российской системы уголовного правосудия. Это не просто частные истории поиска потерянного чувства справедливости и изматывающего процесса возвращения к нормальной жизни.